Если только Стратмор не придумал что-то особенное и не обошел мои фильтры. Повисла тягостная тишина. Когда Мидж заговорила, ее голос был мрачным: – Стратмор мог обойти фильтры. Джабба снова вздохнул. – Это была шутка, Мидж.  – Но он знал, что сказанного не вернешь. ГЛАВА 62 Коммандер и Сьюзан стояли у закрытого люка и обсуждали, что делать .

Он направил мотоцикл через кустарник и, спрыгнув на нем с бордюрного камня, оказался на асфальте. Веспа внезапно взбодрилась. Под колесами быстро побежала авеню Луис Монтоно.

Она совершила судорожный рывок влево и вроде бы закружилась в воздухе, а затем снова прильнула к центру лестницы. Халохот сделал стремительный прыжок. Вот. На ступенях прямо перед Халохотом сверкнул какой-то металлический предмет. Он вылетел из-за поворота на уровне лодыжек подобно рапире фехтовальщика. Халохот попробовал отклониться влево, но не успел и со всей силы ударился об него голенью.

В попытке сохранить равновесие он резко выбросил руки в стороны, но они ухватились за пустоту.

Они ищут, господин. – Очень хорошо. Сообщите, когда узнаете. Телефонистка поклонилась и вышла.

Корпорация Нуматек сделала очень крупную ставку на новый алгоритм Танкадо, и теперь кто-то из конкурентов пытается выведать ее величину. – У вас есть ключ? – сказал Нуматака с деланным интересом. – Да. Меня зовут Северная Дакота. Нуматака подавил смешок. Все знали про Северную Дакоту. Танкадо рассказал о своем тайном партнере в печати. Это был разумный шаг – завести партнера: даже в Японии нравы делового сообщества не отличались особой чистотой.

Энсей Танкадо не чувствовал себя в безопасности.

Лишь один неверный шаг слишком уж настойчивой фирмы, и ключ будет опубликован, а в результате пострадают все фирмы программного обеспечения. Нуматака затянулся сигарой умами и, выпустив струю дыма, решил подыграть этому любителю шарад. – Итак, вы хотите продать ключ, имеющийся в вашем распоряжении. Интересно. А что по этому поводу думает Энсей Танкадо.

Во-вторых, если вырубилось электричество, то это проблема электрооборудования, а не компьютерных программ: вирусы не отключают питание, они охотятся за программами и информацией. Если там и произошло что-то неприятное, то дело не в вирусах. Молчание. – Мидж. Ты меня слышишь. От ее слов повеяло ледяным холодом: – Джабба, я выполняю свои должностные обязанности.

Она начала с совершенного квадрата Юлия Цезаря. Цезарь, объясняла она, был первым в истории человеком, использовавшим шифр. Когда его посыльные стали попадать в руки врага имеете с его секретными посланиями, он придумал примитивный способ шифровки своих указаний. Он преобразовывал послания таким образом, чтобы текст выглядел бессмыслицей.

Что, разумеется, было не.

Каждое послание состояло из числа букв, равного полному квадрату, – шестнадцати, двадцати пяти, ста – в зависимости оттого, какой объем информации нужно было передать.

У Беккера застрял комок в горле. Росио была куда смелее своего клиента. – Не может быть? – повторил он, сохраняя ледяной тон.  – Может, пройдем, чтобы я смог вам это доказать. – Не стану вас затруднять, – ухмыльнулась она, – благодарю за предложение.

Уверен, ты догадаешься сама, – сказал Стратмор.  – Он не очень любит Агентство национальной безопасности. – Какая редкость! – саркастически парировала Сьюзан. – Он участвовал в разработке ТРАНСТЕКСТА. Он нарушил правила. Из-за него чуть было не произошел полный крах нашей разведки. Я его выгнал. На лице Сьюзан на мгновение мелькнуло недоумение.

Она побледнела и прошептала: – О Боже… Стратмор утвердительно кивнул, зная, что она догадалась. – Он целый год хвастался, что разрабатывает алгоритм, непробиваемый для грубой силы.

– Н-но… – Сьюзан запнулась, но тут же продолжила: – Я была уверена, что он блефует. Он действительно это сделал. – Да.

Джабба вздохнул и положил фонарик рядом с. – Мидж, во-первых, там есть резервное электроснабжение. Так что полной тьмы быть не. Во-вторых, Стратмор гораздо лучше меня знает, что происходит в шифровалке в данный момент. Почему бы тебе не позвонить .

Фонтейн протянул руку. Бринкерхофф со смущенным видом повернулся к Мидж: – Это Джабба. Он хочет поговорить с. Директор метнул на нее настороженный взгляд, но Мидж уже бежала к аппарату. Она решила включить громкую связь. – Слушаю, Джабба. Металлический голос Джаббы заполнил комнату: – Мидж, я в главном банке данных. У нас тут творятся довольно странные вещи.

Только с помощью еще одной точно так же настроенной шифровальной машины получатель текста мог его прочесть. Беккер слушал как завороженный. Учитель превратился в ученика.

Выходила только абракадабра. Похоже, не один Танкадо умел создавать абсолютно стойкие шифры. Ее мысли прервал шипящий звук открываемой пневматической двери. В Третий узел заглянул Стратмор. – Какие-нибудь новости, Сьюзан? – спросил Стратмор и тут же замолчал, увидав Грега Хейла.  – Добрый вечер, мистер Хейл.  – Он нахмурился, глаза его сузились.  – Сегодня суббота. Чем мы обязаны. Хейл невинно улыбнулся: – Просто хотел убедиться, что ноги меня еще носят.

– Понимаю.

 – Стратмор хмыкнул, раздумывая, как поступить, потом, по-видимому, также решил не раскачивать лодку и произнес: – Мисс Флетчер, можно поговорить с вами минутку. За дверью. – Да, конечно… сэр.

Тучный немец в полном недоумении сидел на кровати. Надежды на романтический вечер рушились по непонятной причине. – Was passiert? – нервно спросил .

Действительно хорошая новость. ГЛАВА 54 – Пусти. А потом раздался нечеловеческий крик. Это был протяжный вопль ужаса, издаваемый умирающим зверем. Сьюзан замерла возле вентиляционного люка. Крик оборвался столь же внезапно, как и раздался. Затем наступила тишина. Мгновение спустя, словно в дешевом фильме ужасов, свет в ванной начал медленно гаснуть. Затем ярко вспыхнул и выключился .

Коммандер посмотрел на вышедший из строя главный генератор, на котором лежал Фил Чатрукьян. Его обгоревшие останки все еще виднелись на ребрах охлаждения. Вся сцена напоминала некий извращенный вариант представления, посвященного празднику Хэллоуин. Хотя Стратмор и сожалел о смерти своего молодого сотрудника, он был уверен, что ее можно отнести к числу оправданных потерь. Фил Чатрукьян не оставил ему выбора.

Когда запыхавшийся сотрудник лаборатории безопасности завопил о вирусе, Стратмор, столкнувшийся с ним на лестнице служебного помещения, попытался наставить его на путь истинный.

– Рыженькие. – Да, а как зовут вашего брата. Я скажу вам, кто его сегодня сопровождает, и мы сможем прислать ее к вам завтра. – Клаус Шмидт, – выпалил Беккер имя из старого учебника немецкого. Долгая пауза. – Сэр… я не нахожу Клауса Шмидта в книге заказов, но, быть может, ваш брат хотел сохранить инкогнито, – наверное, дома его ждет жена? – Он непристойно захохотал. – Да, Клаус женат. Но он очень толстый.

Жена отказывает ему… ну, вы понимаете.  – Беккер не мог поверить, что это говорит он.

Если бы Сьюзан слышала меня сейчас, – подумал .

Cherry Blossoms One on One Private Chat